Харьковский форум
 
 
 
 
 
 
 
 


Вернуться   Харьковский форум > Новости. Политика. История > Новости в Харькове, Украине и за рубежом > РБК

РБК РосБизнесКонсалтинг — ведущая российская компания в сферах масс-медиа и информационных технологий

Ответ
 
Опции темы Поиск в этой теме Опции просмотра
Старый 25.08.2016, 09:40   #1
РБК (ТС)
 
Аватар для РБК
 
Регистрация: 28.01.2016
Сообщений: 23,062
РБК на пути к лучшему; 2%РБК на пути к лучшему, 2%РБК на пути к лучшему, 2%

Призраки войны: как в Сирии появилась российская частная армия

Фото: Юрий Смитюк/ТАСС


ЧВК во всем мире — огромный бизнес: «частники» нередко подменяют собой вооруженные силы. В России они вне закона. Но в Сирии был обкатан прототип российских ЧВК — «группа Вагнера», и власти вновь думают о легализации

Военная часть на хуторе Молькино Краснодарского края — режимный объект. Здесь дислоцирована 10-я отдельная бригада спецназа главного разведывательного управления (ГРУ) Минобороны, писала «Газета.ру». В нескольких десятках метрах от федеральной трассы «Дон» — первый контрольно-пропускной пункт на пути к базе. Дальше дорога разветвляется: налево — принадлежащий части городок, направо — полигон, объясняет журналисту РБК постовой на КПП. За полигоном — еще один пропускной пункт с охраной, вооруженной АК-74. За этим КПП находится лагерь частной военной компании (ЧВК), утверждает один из сотрудников воинской части.

На архивных спутниковых снимках сервиса Google Earth видно, что в августе 2014 года лагеря еще не было. Функционировать он начал примерно в середине 2015-го, рассказывают два собеседника РБК, работавшие в этом лагере и знакомые с его устройством. Это два десятка палаток под флагом СССР, обнесенных небольшим забором с колючей проволокой, описывает базу один из них. На территории находятся несколько жилых бараков, вышка постового, пункт кинологов, тренировочный комплекс и стоянка для транспорта, описывает базу сотрудник частной военной компании, бывавший там.

У этой структуры нет официального названия, имя ее руководителя и выручка не разглашаются, и само существование компании, возможно, крупнейшей на рынке, не афишируется — формально деятельность ЧВК в нашей стране незаконна. Журнал РБК разобрался, что представляет собой так называемая ЧВК Вагнера, из каких источников и как она финансируется и почему в России может появиться бизнес частных военных компаний.

Наемники и «частники»

Военный человек по российским законам может работать только на государство. Наемничество запрещено: за участие в вооруженных конфликтах на территории другой страны Уголовный кодекс предусматривает до семи лет лишения свободы (ст. 359), за вербовку, обучение, финансирование наемника, «а равно его использование в вооруженном конфликте или военных действиях» — до 15 лет. Других законов, регулирующих сферу ЧВК, в России нет.

В мире ситуация иная: принципы работы частных военных и охранных компаний зафиксированы в принятом осенью 2008 года «Документе Монтрё». Его подписали 17 стран, в том числе США, Великобритания, Китай, Франция и Германия (Россия в их число не входит). Документ разрешает людям, не состоящим на государственной службе, оказывать услуги по вооруженной охране объектов, обслуживанию боевых комплексов, подготовке военнослужащих и т.д.

В опубликованном в 2011 году докладе ООН годовой объем рынка частных военных услуг аналитики организации оценивали в сумму от $20 млрд до $100 млрд, некоммерческая организация War on Want в 2016-м — в $100–400 млрд. Цифры весьма приблизительны: например, комиссия США по военным контрактам, на данные которой ООН ссылается в своем докладе о росте числа нарушений прав человека со стороны наемников, в 2011 году отмечала, что на конец финансового года затраты по договорам с частными военными компаниями только в Ираке и Афганистане превысят $206 млрд. Выручка крупнейшей ЧВК в мире — G4S Plc — в 2015 году составила $10,5 млрд: в России это сопоставимо только с тем же показателем у «Башнефти» и на треть больше, чем у «Норникеля».


Сотрудники крупнейшей частной военной компании в мире G4S в 2010 году помогали разминировать территорию рядом с Кандагаром в Афганистане Фото: Reuters/Pixstream


Использование «частников» характерно для западных стран, где в большей степени высоко неприятие крупных потерь, объясняет генеральный директор Центра стратегических оценок и прогнозов Сергей Гриняев. Большие жертвы среди личного состава вооруженных сил могут повлиять на решение о прекращении операции и выводе войск, как это было в случае со спецназом, участвовавшем в ходе миротворческой операции ООН в Сомали, говорит эксперт. В 1993 году, во время городского боя в Могадишо, американцы потеряли 18 человек, около 80 солдат были ранены, один попал в плен. Это ускорило вывод контингента США из страны. Подобных ситуаций можно избежать, если речь идет не о регулярной армии, а о частных военных компаниях, уверен Гриняев.

Снижение потерь за счет использования бойцов ЧВК — распространенная практика, применявшаяся, например, в Ираке и Афганистане. С 2008 года число сотрудников частных компаний в этих странах превышает число военнослужащих США, и как минимум с 2010-го на «частников» приходится основной процент убитых и раненых, по данным проекта Private Security Monitor Денверского университета (США).

Трудности легализации

Последняя по времени попытка легализовать ЧВК в России была предпринята в марте 2016 года, когда депутаты от «Справедливой России» Геннадий Носовко и Олег Михеев внесли в Госдуму проект закона о частных военно-охранных организациях. Целями подобной деятельности документ называл «участие в обеспечении национальной безопасности путем выполнения и оказания военно-охранных работ и услуг», защиту интересов России за пределами страны, продвижение российских ЧВК на мировые рынки и т.д. При этом, согласно законопроекту, таким компаниям предполагалось запретить «непосредственно участвовать в вооруженных конфликтах... на территории любого государства». Лицензированием ЧВК должно было заниматься Минобороны, следить за выполнением закона — ФСБ и Генпрокуратура.

Правительство выступило против принятия закона, отметив в отзыве, что законопроект противоречит части 5 статьи 13 Конституции: «Запрещается создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на… подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований». Не поддержали депутатов и коллеги по профильному комитету, указавшие, что обязанности таких компаний не разграничены с функциями частных охранных предприятий (ЧОПов), ведомственной охраны и войск национальной гвардии.

Окончательное решение по документу принято не было — его рассмотрение перенесли на осень, но авторы законопроекта сами решили отозвать его. Весенний документ — это уже третья попытка Носовко легализовать ЧВК в России, при этом биография самого депутата никак не связана с Вооруженными силами: разве что в 2014 году он был награжден медалью Минобороны «За укрепление боевого содружества». Депутат надеется, что ему удастся доработать документ и вновь внести его осенью. В разговоре с журналом РБК Носовко заявил, что при обсуждении законопроекта на круглых столах с участием профильных ведомств силовики в целом поддержали инициативу, но просили исправить различные недочеты. «Нет резкого отрицания, но, например, представители ГРУ и ФСБ говорят, что сейчас не стоит накалять обстановку и открывать ящик Пандоры», — отметил Носовко.

От идеи легализации ЧВК власти отказываться не намерены, утверждает офицер ФСБ, знакомый с ситуацией, и подтверждает собеседник в Минобороны: вопрос прорабатывается, говорят они. Несмотря на отсутствие закона, в России есть частные военные компании. Они выполняют ту же работу, что и зарубежные коллеги: от сопровождения судов, следующих через Аденский залив рядом с берегом Сомали, где орудуют пираты, до охраны объектов в Африке и странах Юго-Восточной Азии.

Российский рынок ЧВК крайне невелик по своему объему, объясняет Борис Чикин, совладелец частной военной компании Moran Security Group (MSG). Настоящих военных компаний в России не существует, настаивает Олег Криницын, владелец еще одной крупной ЧВК «РСБ-Групп». Основную деятельность отечественные фирмы ведут за рубежом. Например, сотрудники еще одной крупной ЧВК — «Центр Антитеррор» — в 2000-х годах выполняли заказы в Ираке, Нигерии, Сьерра-Леоне и других странах.

Чтобы облегчить работу за рубежом, российские ЧВК регистрируют в офшорах дочерние структуры. В частности, основным учредителем MSG с долей 50% является Neova Holdings Ltd (Британские Виргинские острова). Финансовую сторону своего бизнеса владельцы российских ЧВК не раскрывают, отчетности фирм в базе «СПАРК-Интерфакс» и иностранных реестрах нет.

«Специальные задачи»

Российские войска не участвовали в полномасштабной сухопутной операции в Сирии, но в марте 2016 года командующий российской группировкой в стране генерал Александр Дворников заявил, что отдельные задачи выполняются бойцами и на земле. «Не буду скрывать, что на территории Сирии действуют и подразделения наших сил специальных операций [высокомобильные войска Минобороны]», — говорил Дворников в интервью «Российской газете». По его словам, военные выполняли дополнительную разведку объектов для ударов авиации, занимались наведением самолетов на цели в удаленных районах и решали «другие специальные задачи».

«Специальные задачи» в Сирии выполнял Сергей Чупов, погибший в этой стране в феврале 2016 года, рассказал РБК его знакомый. По его словам, Чупов служил во внутренних войсках МВД, но ушел в отставку в начале 2000-х. Эту информацию подтвердил РБК еще один знакомый Чупова. Представитель Минобороны не стал комментировать информацию о погибшем. Военная прокуратура Южного округа в ответ на запрос РБК сообщила, что Чупов не значился в списках российской группировки в Сирии. Собеседник РБК, близко знавший военнослужащего, утверждает, что ветеран внутренних войск, прошедший обе чеченские кампании, находился в Сирии в качестве сотрудника частной военной компании, известной как «группа Вагнера».

«Вагнер» — позывной руководителя отряда, на самом деле его зовут Дмитрий Уткин, и раньше он служил в псковской бригаде ГРУ, говорят четыре собеседника РБК, лично знакомых с «Вагнером». В 2013 году Уткин, покинувший к тому моменту ряды Вооруженных сил, уехал на Ближний Восток в составе группы бойцов, набранных компанией «Славянский корпус». Это дочерняя структура зарегистрированного в Гонконге Slavonic Corps Limited, писал «Коммерсантъ». Фирма была внесена в реестр юридических лиц в 2012 году, ее директором указан гражданин России Антон Андреев.

Руководители «Славянского корпуса» Евгений Сидоров и Вадим Гусев, бывшие менеджеры Moran Security Group, при найме на работу обещали сотрудникам, что те будут охранять нефтепровод и склад в Дейр-эз-Зоре, городе на востоке Сирии, отмечал «Коммерсантъ» и рассказывал источник РБК в MSG. Вместо обеспечения безопасности объектов энергетики 267 бойцам «корпуса» было приказано поддержать повстанцев около населенного пункта Ас-Сухна в провинции Хомс, отмечает собеседник РБК. Без необходимой техники и с устаревшим вооружением они попали в засаду боевиков «Исламского государства» (организация запрещена в России). В октябре 2013-го бойцы «Славянского корпуса» покинули Сирию.

В январе 2015 года Сидоров и Гусев были осуждены в России по той самой статье 359 УК и получили по три года колонии. Остальные участники событий к ответственности не привлекались.

«Группа Вагнера»

Впервые о «группе Вагнера» и ее участии в сирийской войне в октябре 2015 года написала «Фонтанка»: со ссылкой на анонимные источники издание утверждало, что бывших сотрудников «Славянского корпуса» позже видели среди «вежливых людей» в Крыму во время событий февраля-марта 2014 года, а еще через год с небольшим — на юго-востоке Украины, уже в качестве самостоятельного отряда. Об участии «группы Вагнера» в боях на стороне самопровозглашенных Донецкой и Луганской народных республик, тоже со ссылкой на анонимные источники, в конце 2015 года писала The Wall Street Journal. В той же статье журналисты WSJ рассказали о гибели на Ближнем Востоке девяти человек из «группы Вагнера». В Минобороны России эту информацию назвали «вбросом».

База в Молькино была обустроена вскоре после завершения активной фазы «луганской» операции — в середине 2015 года, вспоминает один из офицеров, работавший в «группе Вагнера». В этом лагере бойцы проходят подготовку перед тем, как отправиться в Сирию, объясняют РБК офицер ФСБ и один из бойцов, служивший под началом «Вагнера».

Вопрос о создании полноценных ЧВК в России обсуждался много раз, но прорыв в этом смысле произошел после крымских событий 2014 года, в которых хорошо себя зарекомендовали подразделения ГРУ, заявил собеседник РБК, близкий к этой организации. Именно ГРУ негласно курирует «группу Вагнера», подтвердили РБК офицер Минобороны и сотрудник ФСБ, добавивший, что этот отряд возник после того, как «в мире обострилась обстановка».

На Ближнем Востоке «группа Вагнера» появилась незадолго до того, как осенью 2015 года Россия начала официально разворачивать свои базы, говорит офицер Минобороны и подтверждает источник, знакомый с ходом операции. В общей сложности рядом с Латакией и Алеппо располагались почти 2,5 тыс. человек, руководили операцией сотрудники не только ГРУ, но и ФСБ, добавляет он.


Война в Сирии началась весной 2011 года. За время конфликта более 5 млн человек стали беженцами. Наиболее ожесточенные бои развернулись вокруг Алеппо Фото: Reuters/Pixstream


Официально набор в отряд «Вагнера» никто не объявлял, но слух быстро разошелся по группам в социальных сетях, пользователи которых активно интересовались, «как попасть в «ЧВК Вагнера». Недостатка в желающих не было: в 2016 году в Сирии находились одновременно от 1 тыс. до 1,6 тыс. сотрудников ЧВК в зависимости от напряженности обстановки, говорит источник, знакомый с ходом операции. В Минобороны не ответили на запрос РБК, действительно в Сирии воюют «граждане, не состоящие на службе в Вооруженных силах России», и правда ли, что эти бойцы проходят подготовку на базе в Краснодарском крае.

Деньги солдатам «группы Вагнера» выплачивались наличными, официально они нигде не были оформлены, а закупки оружия и снаряжения засекречены, объясняет РБК офицер Минобороны и подтверждают два собеседника, знакомых с ходом операции. По их словам, траты взяли на себя государство и «высокопоставленные бизнесмены». Называть их имена собеседники РБК отказываются даже в неофициальной беседе при выключенных диктофонах.

«Фонтанка» летом 2016 года написала о связи одного из предпринимателей с «группой Вагнера»: издание утверждало, что в течение последних двух лет «Вагнер» передвигался по России в сопровождении людей, работающих на петербургского ресторатора Евгения Пригожина. В окружении командира ЧВК «Фонтанка» обнаружила руководителя службы безопасности одной из компаний Пригожина Евгения Гуляева и его подчиненных.

Принадлежащая Пригожину компания «Конкорд М» — один из основных поставщиков питания для Управления делами президента России, а комбинат питания «Конкорд» обслуживает московские школы. Фирмы Пригожина являются практически монополистами на рынке школьного питания столицы, а также одними из крупнейших поставщиков услуг для Минобороны: компании завозят продовольствие и занимаются уборкой в военных частях.

Для частных инвесторов финансирование ЧВК — способ доказать свою лояльность, объясняет собеседник в Минобороны. Например, для более тесного сотрудничества с военным ведомством. Журнал РБК не обнаружил доказательств того, что фирмы Пригожина оказывали финансовую поддержку ЧВК. При этом если в 2014 году объем услуг, оказанных связанными с бизнесменом компаниями Министерству обороны и его структурам, составил 575 млн руб., то в 2015 году объем таких контрактов достиг 68,6 млрд руб., следует из данных «СПАРК-Маркетинг».

Эти подряды составляют львиную долю всех государственных контрактов, которые получили 14 компаний (связь большей части этих фирм с Пригожиным прослеживается по «СПАРК-Интерфакс»; остальными структурами управляют люди, в разное время работавшие с ресторатором, писала «Фонтанка»). В 2015 году общий объем выигранных ими тендеров составил 72,2 млрд руб.

Гибридное финансирование

Затраты на содержание ЧВК численностью в несколько тысяч человек довольно сложно посчитать. «Группа Вагнера» не платит за аренду зданий и участка, говорят два собеседника РБК, знакомые с устройством лагеря. Государственное и частное подразделения лагеря в Краснодарском крае располагаются, по данным Росреестра, на едином участке площадью около 250 кв. км. Сведений о том, кто является владельцем земли, в базе нет, но несколько соседних участков оформлены на территориальное управление лесного хозяйства Минобороны.

Военное ведомство занимается оборудованием полигона. Как следует из документов на портале госзакупок, весной 2015 года Минобороны провело соответствующий аукцион на сумму 294 млн руб., его победителем стало АО «Гарнизон», дочерняя структура Минобороны. Переоборудованию подверглась и база в Молькино: на полигон было потрачено 41,7 млн руб.

Содержание самой базы, как и остальных военных частей, — также на балансе министерства Сергея Шойгу. Тендеры на услуги по вывозу мусора и перевозке белья, санитарные услуги, уборку территорий, теплоснабжение проводятся пакетами сразу на несколько десятков или сотен военных частей, сгруппированных по территориальному признаку. В среднем в 2015–2016 годах военное ведомство тратило на одну военную часть 14,7 млн руб. без учета засекреченных контрактов, следует из закупочной документации шести аукционов, где упоминается база в Краснодарском крае.

На вывоз отходов одной части Южного военного округа Минобороны в 2015–2016 годах выделило в среднем около 410 тыс. руб.: победителем тендера стала компания «Мегалайн». Совладельцами фирмы до конца 2015 года были «Конкорд Менеджмент и Консалтинг» и «Лахта», которым принадлежали по 50%. До середины 2011 года владельцем 14-процентной доли в первой компании был Евгений Пригожин, а до сентября 2013 года он контролировал 80% «Лахты».

Санитарное обслуживание одной военной части округа в 2015–2016 годах обошлось в среднем в 1,9 млн руб., техническая эксплуатация объектов теплоснабжения — в 1,6 млн руб. Победителями тендеров на эти услуги стали компании «Экобалт» и «Теплосинтез» соответственно (последняя, по данным «Фонтанки», управляется сотрудниками «Мегалайна»). Самая затратная статья расходов на содержание лагеря — уборка. В 2015 году на клининг одной части Южного округа Минобороны выделило в среднем 10,8 млн руб. Договоры на уборку в Молькино были заключены с фирмой «Агат» (компания зарегистрирована в Люберцах, связь с Пригожиным и его окружением проследить не удалось).

В отличие от обслуживания баз контракты на поставку еды в части не размещаются на портале госзакупок — эта информация подпадает под военную тайну, поскольку позволяет определить численность бойцов. На сайте Avito.ru в июле появилось объявление о найме работников в военную столовую в Молькино. Работодателем указана компания «Ресторансервис Плюс». Схожая вакансия еще в мае была размещена на одном из краснодарских порталов. По телефону, указанному в одном из объявлений, корреспонденту РБК ответил человек по имени Алексей, подтвердивший, что «Ресторансервис Плюс» ищет работников в столовую военной части. Телефонный номер этой компании совпадает с номерами двух фирм, связанных с Пригожиным, — «Мегалайн» и «Конкорд Менеджмент и Консалтинг».

Обеспечивается ли краснодарский лагерь ЧВК из тех же госзаказов, что и лагерь ГРУ на той же базе, не ясно. Собеседник РБК, знакомый с устройством части, утверждает, что лагеря схожи по численности и размерам, поэтому средняя стоимость обслуживания применима и к базе «группы Вагнера». Больше всего на аукционах, в которых упоминается военная часть в Молькино, могли заработать фирмы, имеющие отношение к Пригожину, — «Мегалайн» и «Теплосинтез»: эти компании в 2015–2016 годах заключили госконтракты на 1,9 млрд руб., следует из закупочной документации.

На вопрос, связаны ли компании ресторатора с финансированием «группы Вагнера», высокопоставленный федеральный чиновник лишь улыбнулся и ответил: «Вы должны понимать — Пригожин очень вкусно кормит». В компаниях «Ресторансервис Плюс», «Экобалт», «Мегалайн», «Теплосинтез», «Агат» и «Конкорд Менеджмент» не ответили за запрос РБК.

Цена вопроса

Если контракты на обслуживание базы проходят через электронные площадки, то расходы на зарплату бойцов ЧВК отследить почти невозможно — жалование выдается в основном наличными, утверждают бойцы из «группы Вагнера». Часть денег переводится на карты моментальной выдачи, на которых не указано имя владельца, а сами они выпущены на посторонних физических лиц, уточняет один из них и подтверждает офицер Минобороны. Карты без имени выпускает ряд российских банков, включая Сбербанк и Райффайзенбанк, указано на их официальных сайтах.

Рассказывая о зарплатах, собеседники РБК приводят схожие цифры. По словам водителя, работающего на базе в Краснодарском крае, гражданские получают около 60 тыс. руб. в месяц. Источник РБК, знакомый с деталями военной операции, указывает, что боец ЧВК может рассчитывать на 80 тыс. руб. ежемесячно, находясь на базе в России, и до 500 тыс. руб. плюс премия — в зоне боевых действий в Сирии. Зарплата сотрудника ЧВК в Сирии редко превышала 250–300 тыс. руб. в месяц, уточняет в разговоре с РБК офицер Минобороны. С минимальным порогом в 80 тыс. руб. он согласен,
а среднюю зарплату для рядового оценивает в 150 тыс. руб. плюс боевые и компенсации.
При максимальной численности «группы Вагнера» 2,5 тыс. человек их зарплата с августа 2015 года по август 2016 года могла составить от 2,4 млрд (при 80 тыс. руб. в месяц) до 7,5 млрд руб. (при ежемесячных платежах 250 тыс. руб.).

Стоимость снаряжения для каждого бойца может доходить до $1 тыс., перемещение и проживание обойдется в такую же сумму в месяц, считает Чикин из MSG. Таким образом, стоимость присутствия 2,5 тыс. человек в Сирии без учета зарплат может достигать $2,5 млн в месяц, или около 170 млн руб. (при среднегодовом курсе доллара 67,89 руб., по данным ЦБ).

Максимальные траты на питание в ходе сирийской кампании могли составлять 800 руб. на человека в сутки, оценил Александр Цыганок, руководитель Центра военного прогнозирования Института политического и военного анализа. Из этой оценки следует, что еда для 2,5 тыс. бойцов могла обходиться в сумму до 2 млн руб.

Основные потери с российской стороны в Сирии несет именно ЧВК, говорят собеседники РБК, знакомые с деталями операции. Их данные по числу погибших разнятся. Сотрудник Минобороны настаивает, что всего на Ближнем Востоке погибли 27 «частников», один из бывших офицеров ЧВК говорит минимум о 100 смертях. «Оттуда каждый третий «двухсотый», каждый второй «трехсотый», — говорит сотрудник базы в Молькино («груз-200» и «груз-300» — условные обозначения при транспортировке тела погибшего и раненого бойца соответственно).

РБК связался с семьей одного из погибших бойцов ЧВК, но родственники отказались от общения. Позже в социальных сетях его родных и знакомых появились несколько записей, в которых действия корреспондентов РБК были названы «провокацией» и попыткой запятнать память убитого. Офицер из «группы Вагнера» утверждает, что неразглашение условий работы в ЧВК — условие того, что семьи получат компенсацию.

Стандартная компенсация родственникам погибшего бойца — до 5 млн руб., говорит источник, знакомый со структурой ЧВК (столько же получают родственники военнослужащих ВС России, погибших во время боевых действий). Но получить их не всегда просто, настаивает знакомый погибшего в Сирии «частника»: часто семьям приходится буквально выбивать средства. Офицер Минобороны уточняет, что за погибшего родственника семьи получают 1 млн руб., за ранения бойцам выплачивают до 500 тыс. руб.

С учетом зарплат, снабжения базы, проживания и питания годовое содержание «группы Вагнера» может обойтись в сумму от 5,1 млрд до 10,3 млрд руб. Единовременные траты на снаряжение — 170 млн руб., компенсации семьям погибших при минимальной оценке потерь — от 27 млн руб.

Иностранные ЧВК и охранные предприятия не раскрывают структуру расходов — из их отчетности невозможно «вытащить» ни сумму затрат на обучение, ни зарплату бойца, ни стоимость содержания группы. В середине 2000-х годов в Ираке сотрудники одной из наиболее известных военных компаний Academi (ранее она называлась Blackwater) получали от $600 до $1,075 в день, писала Washington Post. По подсчетам издания, генерал армии США в то же время получал чуть меньше $500 в день. Ветераны морской пехоты США, занимавшиеся подготовкой солдат в Ираке, могли заработать до $1 тыс., писало агентство Associated Press. CNN оценивал зарплату наемников чуть скромнее — в $750: столько бойцам причиталось в начале войны в Ираке.

Позднее ежемесячная зарплата «частников», работающих на Ближнем Востоке, могла подрасти примерно до £10 тыс. (около $16 тыс. по среднегодовому курсу), указывал Guardian. «В 2009 году был период продолжительностью около трех месяцев, когда мы теряли людей каждые два-три дня», — приводит издание слова ветерана британской армии, служившего в то время по контракту в Афганистане. Совокупные потери работавших на Ближнем Востоке ЧВК исчислялись десятками убитых и сотнями и тысячами раненых: например, в 2011 году погибли 39 бойцов, а ранения получили 5206 человек.

«Сирийский экспресс»

До Сирии бойцы добираются своим ходом, централизованной отправки нет, объясняет один из наемников. Но грузы для «группы Вагнера» доставляются морем — на кораблях «сирийского экспресса». Это название впервые появилось в СМИ в 2012 году: так называют суда, снабжающие режим сирийского президента Башара Асада, в том числе военными товарами.

Состав «экспресса» можно условно разделить на три части: суда ВМФ, корабли, ранее выполнявшие гражданские рейсы и затем ставшие частью военного флота, и зафрахтованные сухогрузы, принадлежащие различным компаниям по всему миру, говорит создатель сайта «Морской бюллетень» Михаил Войтенко. Он следит за перемещением судов с помощью автоматической информационной системы (АИС), которая позволяет идентифицировать корабли и определить параметры движения, включая курс.

«Снабжение военных баз происходит с помощью вспомогательного флота. Если судов не хватает, то Минобороны нанимает обычные коммерческие корабли, но на них нельзя перевозить военные грузы», — объясняет собеседник, знакомый с организацией морского фрахта. Среди кораблей, пополнивших ряды ВМФ с весны 2015 года, есть сухогруз «Казань-60», который, как писало агентство Reuters, входит в состав «экспресса». За последнее время он много раз менял владельцев: в конце 2014-го под именем «Георгий Агафонов» корабль был продан «Украинским дунайским пароходством» турецкой фирме 2E Denizcilik SAN. VE TIC.A.S.

Турки перепродали его британской фирме Cubbert Business L.P., затем, как говорится в письме 2E Denizcilik в Министерство инфраструктуры Украины (копия есть в распоряжении РБК), собственником стала «находящаяся в России» компания АСП. Среди фирм, связанных с Евгением Пригожиным, есть одноименное юрлицо, победитель нескольких аукционов на уборку объектов Минобороны и участник одного из тендеров на обслуживание базы в Молькино. В октябре 2015 года корабль вошел в состав Черноморского флота (ЧФ) ВМФ России под именем «Казань-60». Командование ЧФ не ответило на вопрос РБК, каким образом флот получил судно.

Всего в «сирийском экспрессе» было задействовано не менее 15 гражданских кораблей: все они осенью 2015 года следовали по маршруту Новороссийск — Тартус, отмечает Войтенко, ссылаясь на данные АИС. В основном суда зарегистрированы на фирмы, расположенные в Ливане, Египте, Турции, Греции и на Украине. Несколько компаний находятся в России, следует из данных сервисов marinetraffic.com и fleetphoto.ru.

Фрахт одного гражданского корабля Войтенко оценивает в $4 тыс. в день, из которых $2 тыс. — его содержание, $1,5 тыс. — стоимость топлива и сборы. Исходя из этой оценки, аренда только гражданских кораблей из «экспресса» за 305 дней (30 сентября — 31 июля) могла составить $18,3 млн, или чуть больше 1,2 млрд руб.

Деликатные интересы

В начале марта 2016 года при поддержке российской авиации армия Асада начала операцию по освобождению Пальмиры: город удалось отбить через 20 дней боев. «Все разрозненные бандгруппы ИГИЛ, вырвавшиеся из окружения, уничтожались российской авиацией, которая не давалаим уйти в направлении Ракки и Дейр-эз-Зора», — рассказывал начальник главного оперативного управления Генштаба генерал-лейтенант Сергей Рудской.

Большую роль в освобождении районов исторической части Пальмиры сыграли бойцы ЧВК, говорит бывший офицер группы. «Сначала работают ребята «Вагнера», потом заходят российские наземные части, потом уже арабы и камеры», — рассказывает он. По его словам, отряд «Вагнера» используют в основном для наступления в трудных районах. Это позволяет снизить потери среди регулярных сил в Сирии, говорит собеседник в одной из ЧВК.


6 марта 2016 года при поддержке российской авиации армия Башара Асада начала операцию по освобождению Пальмиры, находившейся в руках боевиков «Исламского государства» с мая 2015 года. Город удалось отбить почти через 20 дней Фото: Reuters/Pixstream


«Группу Вагнера» не вполне правильно называть частной военной компанией, уверен другой представитель этого рынка. «Отряд не ставит своей задачей заработать, это не бизнес», — уточняет он. В случае с «группой Вагнера» совпали интересы государства, которому потребовались силы для решения деликатных задач в Сирии, желанием группы бывших военнослужащих заработать, выполняя задания в интересах страны, объясняет собеседник РБК, близкий к руководству ФСБ.

«Выгода от ЧВК — это возможность использовать их за границей, когда применение регулярных вооруженных сил не очень уместно», — считает заместитель директора Института политического и военного анализа Александр Храмчихин. Он фактически повторяет высказывание Владимира Путина. «Это [ЧВК] действительно является инструментом реализации национальных интересов без прямого участия государства», — говорил весной 2012 года Путин, занимавший в то время пост главы правительства.

В том же ключе осенью 2012-го высказывался отвечающий за ВПК вице-премьер Дмитрий Рогозин: «Мы думаем над тем, будут ли наши деньги утекать на финансирование чужих частных охранных военных компаний, или мы рассмотрим целесообразность создания таких компаний внутри самой России и сделаем шаг в этом направлении».

ЧВК — это еще и возможность для крупного бизнеса использовать вооруженную охрану, которая будет обеспечивать безопасность объектов за рубежом, например нефтепроводов или заводов, отмечает Гриняев из Центра стратегических оценок и прогнозов. Для охраны своих объектов, в том числе в Ираке, ЛУКОЙЛ в 2004 году, например, создал агентство ЛУКОМ-А, а безопасность объектов «Роснефти» обеспечивает дочерняя структура компании «РН-Охрана».

«Для государства использование частных военных компаний может быть финансово выгодным исключительно для решения конкретных задач, но не может заменить армию», — отмечает эксперт Центра стратегической конъюнктуры Владимир Неелов. Среди рисков легализации ЧВК он называет возможный отток кадров из числа действующих военных — не только по финансовым соображениям, но и ради карьерного роста.

Что касается «ЧВК Вагнера», то из-за появления в СМИ информации о ее связи с базой в Молькино в Минобороны обсуждается вариант перевода «частников», говорит офицер ФСБ. По его словам, в числе возможных вариантов — Таджикистан, Нагорный Карабах и Абхазия. Это подтверждает и собеседник в Минобороны. При этом он уверен: расформировывать ЧВК не будут — подразделение доказало свою эффективность.

При участии Елизаветы Сурначевой 

Let's block ads! (Why?)


Источник: rbc.ru
РБК вне форума   Ответить с цитированием

После регистрации, данная реклама будет скрыта от просмотра.


Ответ

Нижняя навигация
Вернуться   Харьковский форум > Новости. Политика. История > Новости в Харькове, Украине и за рубежом > РБК


Опции темы Поиск в этой теме
Поиск в этой теме:

Расширенный поиск
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход



Текущее время: 01:58. Часовой пояс GMT +3.


Powered by vBulletin® Version 3.8.7
Copyright ©2000 - 2016, vBulletin Solutions, Inc. Перевод: zCarot
Copyright © 2014 - 2016 Kharkovforums

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика
Время генерации страницы 0.07802 секунды с 8 запросами